Рецензия к фильму «милые кости». ну и ладно

Меня кличут Сьюзи Сэлмон. Мне было четырнадцать лет, в то время, когда меня убили — говорит девочка за кадром, и данной фразой описывается более-менее целый сюжет новой картины Питера Джексона Милые кости. Дальше Сьюзи из красочного мира ее фантазий будет следить за собственными родными и хотеть отмщения, время — стирать следы, и все понемногу будет возвращаться на круги собственная — так, словно бы ее ни при каких обстоятельствах не было; так, словно бы Ну и хорошо.

Режиссер культовой трилогии Властелин колец и чуть менее культового, но пробирающего до печенок Кинг Конга Питер Джексон снял страно прекрасное картиной, пронзительно грустное эмоционально и ужасное содержательно кино. Милые кости — экранизация одноименного романа Элис Сиболд, переведенного на сорок языков и раскупленного десятимиллионным тиражом.

Но что бы в том месте ни было, в романе, великий режиссер Питер Джексон на этом материале не сумел достучаться до тонко ощущающих зрителей — авторской позиции и смыслового послания не хватило.

Милые кости — фильм не плохой: он никакой. Для эмоционального действия хватило бы трейлера, короткометражки, музыкального ролика. Та двух-с-лишнем-часовая махина, которую снял в итоге ПиДжей, была выстроена на чудесных, но стерильных огромном количестве и компьютерных красотах клише.

Первую треть фильма наблюдать весьма интересно: Сьюзи Сэлмон влюбляется, вспоминает, фантазирует — живет. Снимает на подаренный родителями фотоаппарат много кадров в десятках пленок — родители с тревогой подсчитывают, сколько будет стоить напечатать столько фотографий.

Весьма интересно решена сцена убийства Сьюзи, впечатляет гипнотический мир фантазий убитой девочки, задевают струны души сцены и отдельные кадры — крик исчезающей в темноте Сьюзи, чья бесплотная тень порывом ветра проносится мимо необычной девушки — и та слышит.

В Милых костях чудесны музыка и картинка — чарующие, обволакивающие, благодаря которым словно бы не фильм наблюдаешь, а держишь в ладонях хрупкий хрусталь чужой души.

Восхитительна и исполнительница роли Сьюзи Сирша Ронан. Девочка с поволокой волшебства в глазах — вся как словно бы нездешняя, потусторонняя — в тринадцать лет она ярко сыграла запоминающуюся роль Брайони Толлис в Искуплении. Жившая в фантазиях Брайони, воплощенная Сиршей, видно, впечатлила ПиДжея: юная актриса подошла для ключевой роли в экранизации Милых костей идеально.

Но этим прелесть Милых костей и ограничивается. Наблюдать на вялые поиски убийцы Сьюзи и психотерапевтические трудности участников ее семьи тоскливо — от них хочется вознестись в красочный междумир за убитой девочкой.

Питера Джексона и раньше тревожило, что в том месте, за смертью — в 1996-м он снял иронический ужастик Страшилы про борьбу с призраком маньяка-убийцы, не желающим покидать данный мир. Тот фильм про общение с мертвыми запоминается драйвом, искрометный общей весёлостью и юмором — всем тем, кроме того малая толика чего спасла бы Милые кости.

Увы, на этот раз великий новозеландец печален и важен. А также это было бы ничего, в случае, если б всю финал Милых и вторую половину костей в них не сквозила предательская смиренная гуманистичность. По сюжету убитая Сьюзи из собственного запределья сперва желает справедливости и наказания собственному убийце, а после этого его прощает. Но его не смогут и не должны прощать ни папа девочки, ни мирозданье!

Каждая жизнь священна, тем более жизнь ребенка — тем более для того чтобы, какой была Сьюзи Сэлмон с ее мечтами и фотоплёнками. Кто отнимает такую жизнь, сам заслуживает уничтожения без пощады. Забыв обиду и отпустив, семья Сьюзи и особенно папа (которому рамки сценария не разрешили убить убийцу, дабы не быть вынужденным позже обернуться на себя), все равно что махнули на смерть девочки рукой, кинув: Ну и хорошо.

У каждой истории — лишь один правдивый финиш. У Милых костей это не тот, в котором убийцу Сьюзи никто не убивал, а он сам услужливо провалился сквозь землю из этого мира, чтобы все умилялись ненасильственному ответу. Марк Уолберг, сыгравший отца убитой девочки, должен был закончить историю, как он закончил ее в Отступниках — в этом была бы единственно вероятная тут правда. Имеется вещи, каковые нельзя простить — но возможно отпустить со словами Ну и хорошо. Но эти слова тогда раздались бы в противном случае.


Интересные записи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: