Рецензия к фильму «эволюция борна». эхо

Все мы любим деньги, а Голливуд обожает их втройне. Это не упрек – легко констатация факта, в котором нет ничего постыдного. Постыдно второе – нежелание и страх продюсеров затевать историю с нуля. Так как куда несложнее сделать спин-офф, эксплуатируя известную и многим полюбившуюся франшизу. А в следствии хороший шпионский боевик обречен нести на себе клеймо младшего брата, не обращая внимания на все попытки от него избавиться.

Наследие Борна (про Эволюцию забудьте раз и окончательно, ничего общего ни с темой фильма, ни с его настоящим заглавием она не имеет) напоминает ребёнка, что отчаянно пробует быть непохожим на своих родителей (либо старшего брата, раз уж на то пошло). Но, не обращая внимания на всю собственную индивидуальность, ему не избавиться от унаследованных линия как лица, так и характера – против генов не попрешь, как говориться. В свете этого наименование фильма абсолютно себя оправдывает.

Быть может, конкретно к такому эффекту и стремился изначально Тони Гилрой, бессменный сценарист трилогии, которому к четвертому фильму удалось занять режиссерское кресло. Но вряд ли он сам до конца осознавал, как это будет смотреться на экране. Попытка поведать новую историю посредством ветхих приемов на деле стала причиной тяжёлым последствиям: Наследие, при всех собственных сюжетных перипетиях, значительно посильнее смахивает на кальку с прошлых фильмов о Борне, чем на их логичное продолжение.

Единственное, что тут может похвалиться хоть какой-либо самобытностью – это персонаж Джереми Реннера, вопреки всем опасениями фактически не имеющий ничего общего с храбрецом Мэтта Дэймона (за исключением рода деятельности, очевидно). Реннеру удалось представить нам образ агента, которому, не обращая внимания на суперсолдатские замашки (к привычной бумажно-оружейной волоките добавились химия и генетика), удается сохранять человеческое лицо.

Но так как он не страдает амнезией, поиски самого себя сменились поисками самообладания – как физического, так и психологического – отчего сама история Аарона Кросса и вполовину не такая интригующая, как история Борна. Что, конечно, вина сценариста, но никак не Реннера. Ему-то сочетанием эмоциональности и расчётливости замечательно удалось продемонстрировать, чем программы различаются, и что различаются по большому счету.

Вторая большая неприятность сценария содержится в его очевидной сырости. Особенно светло это поймёшь, в то время, когда начинается классический для борниады новый ремейк Extreme Ways (титры, если не забыли): за два часа времени в фильме происходит страно мало событий, даже если не сравнивать с прошлыми картинами. Помимо этого, кроме данной необоснованной растянутости (словно бы книгу просматриваешь, а не фильм наблюдаешь), сам сюжет, много набитый ветхими тэгами, не блещет последовательностью и чёткостью. Не говоря уже о том, что само повествование весьма неровное и навевает мысли о водителе, что давит педали газа и тормоза исходя только из собственных, никому второму не известных законов.

Справедливости для стоит подметить, что техническая сторона картины на высоте. Постановка боев, декорации, погони сделаны добротно, к тому же освещает их относительно спокойная камера Роберта Элсвита (что вдвойне приятно по окончании весёлых телодвижений Оливера Вуда, другой раз доставлявших зрителям ни с чем несравнимые ощущения, в то время, когда от просмотра ленты начинала кружиться голова).

Но тут чашу весов уравновешивают диалоги. Во-первых, в них участники событий, думается, другой раз и сами запутываются, опять и опять обсуждая одинаковые вещи, что додаёт Наследию те самые ненужные 60 секунд хронометража. А во-вторых, они же имеют плохое свойство привирать, в следствии чего, к примеру заявленный азиатский терминатор без упрёка и жалости ведет себя как новобранец на первом задании, а вся истерика по поводу ненужной информации в прессе заканчивается в том месте же, где и начинается – в третьей части, пара кадров которой ко мне заботливо вписали.

Возвращаясь ненадолго к персонажам, кроме Реннера (что, в приступе осознания всех красот обладания собственной франшизой, выложился по полной) отметить стоит еще разве что его спутницу, да формального соперника. Первая, в исполнении Рэйчел Уайз, целый фильм только и делала, что оттеняла и храбреца, и актера. В то время, когда же она не бегала около него, она начинала открыто переигрывать. Второй – Эдуард Нортон – более чем достойно продолжил эстафету, в которой уже участвовали Крис Купер, Брайан Кокс, Джоан Дэвид и Аллен Стрэтэйрн. Красивое выполнение роли ЦРУшного куратора, специалиста, делающего собственную работу на благо любимой отчизны.

В целом, само собой разумеется, это не тот Борн к которому мы все привыкли. Неприятность Наследия в том, что оно нечайно под него мимикрирует, не обращая внимания на все попытки этого не допустить. Как следствие: целый фильм сидишь и ожидаешь, в то время, когда же на сцену выйдет сам Борн, чье невидимое присутствие толстым красным канатом проходит через целый фильм. Выйдет, дабы перекинуться парой слов с главным храбрецом, в противном случае и вовсе продолжить с ним путь. Не смотря на то, что, поди разберись, кто во всех операций хитросплетениях и этих лиц основной.


Интересные записи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: