Энди серкис: «в данный момент я не думаю об актерстве»

Энди Серкис в интервью ресурсу Stuff сказал не только о роли Голлума, к которой он возвратился в первой части проекта Хоббит: Нежданное путешествие, но и о собственной работе в качестве второго режиссера и сценах сражений, каковые он снимал в 3D для Питера Джексона.

Было приятно снова встретиться с Голлумом спустя практически 10 лет?

Да, но в действительности, он всегда был недалеко. Не было ни дня, дабы мне о нем ни напомнили – обязательно какой-нибудь прохожий на улице или просил меня сообщить что-нибудь голосом Голлума или поболтать о нем. И, потому, что о проекте Хоббит говорилось в течение многих лет, я осознавал, что когда-то мне нужно будет вернуться к этому образу.

Мартин Фриман и другие актеры – новички в данной франшизе. К Вам, как к ветерану, они обращались за каким-нибудь советом?

Тут скорее обращение о том, что тебе, как ветерану, понятен объём усилий и масштаб работы, каковые потребуют громадной выносливости. По сравнению с другими фильмами, тут совсем второй ритм. Многие актеры пребывали в 12 тысячах миль от дома. Это делается твоим образом судьбы – подъем в 5 утра, ежедневные съемки в течение 270 дней без перерыва. Актеры, играющие гномов, носили немыслимые тяжелые костюмы, они проводили часы в гримерке ежедневно. Исходя из этого самым тяжёлым опробованием с данной точки зрения, был вопрос выносливости.

Играться Голлума не было Вашей единственной задачей В этом случае – Вы выполняли обязанности второго режиссера.

В Хоббите режиссура была моей главной обязанностью. Я трудился 200 дней с громадной командой над съемками сцен сражений. Это был необычный опыт, и я весьма, весьма благодарен Питеру за то, что он попросил меня сделать это для него.

А как это произошло?

Ко времени работы над трилогией Властелин колец, я уже начал снимать короткометражные фильмы; по окончании были проекты, которые связаны с играми. Исходя из этого Питер был в курсе, что я уже продолжительное время занимаюсь режиссурой. Но я всегда пологал, что моей первой экскурсией будет цифровая камера и пара человек, установленная где-нибудь в закоулках Лондона!

По какой причине, как Вы думаете, Питер попросил Вас об этом?

Я думаю, в силу того, что во вторую съемочную группу должен был входить главный актерский состав, и Питер желал, дабы кто-то позаботился как о рабочей обстановке, так и об воздухе на площадке, где актеры ощущали бы себя тихо. Вообще-то, Питер меня весьма детально информировал обо всем. Это было тяжело – и в умственном, психологическом замысле и чисто технически. Я ни при каких обстоятельствах прежде не снимал в 3D. Плюс ежедневное управление таким огромным операционным процессом.

Имеется ли у Вас предстоящие замыслы, которые связаны с режиссурой?

Перед тем, как отправиться в Новую Зеландию на съемки Хоббита, мы с продюсером Джонатаном Кавендишем занимались организацией новой компании The Imaginarium – производственной студии, которая будет кроме этого заниматься разработками, которые связаны с performance capture. У нас имеется перечень проектов, одним из которых есть экранизация Скотного двора Джорджа Оруэлла. Это будет мой первый полнометражный художественный фильм, над которым я буду трудиться в качестве режиссера.

Как актерство будет совмещаться с Вашей новообретенной профессией?

Сейчас я не думаю об актерстве. Я абсолютно посвятил себя студии The Imaginarium, отечественным режиссуре и проектам. И замечать и давать возможность вторым актерам трудиться в отечественной студии – громадная честь и отрада. Быть может, в какой-то момент я возвращусь на сцену и сыграю в театральной постановке, в силу того, что я не трудился в театре вот уже 10 лет.

Впереди еще две части Хоббита, а это значит, что еще не один год Вы станете радовать фанатов голосом Голлума. Вы гордитесь либо, наоборот, смущаетесь, в то время, когда Вас просят сказать какую-нибудь фразу его дребезжащим голосом?

По всей видимости, закончилось то время, в то время, когда мои личные дети обожали, в то время, когда я изображал Голлума по чье-нибудь просьбе. Особенно это относится моих старших – Руби и Сонни. В то время, когда они были младше, было здорово. Но мой младшенький, восьмилетний Луи, был бы полностью радостен, если бы я сказал голосом Голлума для его друзей весь день. Так что в этом конкретном случае я все еще имею громадной вес!


Интересные записи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: