Half-life отечественного кино

Возможно, стоит сходу уточнить, что на написание данного опуса его автора сподвиг просмотр фильма Гарета Эдвардса Монстры. Не то, дабы эта картина произвела так неизгладимое чувство, что была хороша отдельного разбора, не смотря на то, что, быть может, кто-то оценит ее конкретно так. Легко само появление для того чтобы рода фильмов наглядно демонстрирует, по какой причине столь силен кинематограф американский, и по какой причине российский обречен только на полужизнь.

Давным-давно, в то время, когда съемки полнометражных картин, каковые могли быть выпущены хотя бы в ограниченный прокат, были уделом специалистов, имеющих в собственном распоряжении очень дорогие съемочные комплексы, студии и монтажные столы по производству звуковых эффектов, появление фильма наподобие Колдуньи из Блэр было делом необыкновенным. Сейчас же фильмы ценой от нескольких миллионов до нескольких тысяч американских долларов, снятые на цифру и абсолютно смонтированные на ноутбуке при помощи общедоступного ПО, совсем бывает. Фильм Паранормальное явление, созданный Ореном Пели и несколькими его компаньонами за 15 тысяч долларов и получивший для приобретшей его кинокомпании Paramount 193 миллиона, — только самый узнаваемый из аналогичных проектов.

И вот сейчас Монстры Гарета Эдвардса с техническим оснащением и аналогичным бюджетом.

Художественные преимущества данной ленты и ее потенциальные кассовые сборы пускай остаются в распоряжении зрителей и кинокритиков. Куда ответственнее, что само появление этого фильма в прокатных сетках в мире говорит о чувствительности западной, в первую очередь американской модели киноиндустрии, к свежим идеям, рождающимся в среде весьма далекой от кинематографической тусовки. Монстры — это еще одно подтверждение того, что гениальный самоучка, вооруженный по сути только неуемным жаждой снимать кино, имеет все шансы заявить о себе на всю землю, не завлекая громадных инвестиций и, упаси Всевышний, национальных дотаций на социально значимые проекты.

Само собой разумеется, речь заходит о голливудских реалиях. В отечественных пенатах все пара в противном случае.

Как мы знаем, еще в начале года Фонд социальной и экономической помощи отечественной кинематографии, созданный по инициативе правительства, решил выделить восьми большим продюсерским компаниям по 250 миллионов рублей. Сам метод составления перечня счастливцев, в который попали компания СТВ, студия Тритэ Никиты Михалкова, компания Bazelevs Тимура Бекмамбетова, Дирекция кино, Централ Партнершип, Профит, Art Pictures Федора Сергеевича Бондарчука и студия Рекун, был столь необычен, что стал причиной протестов кроме того со стороны видавшей виды Федеральной антимонопольной работы, но никаких трансформаций не последовало.

Позднее кое-какие из получателей национальных средств огласили примерный перечень проектов, на каковые эти самые средства будут расходоваться. Так, Централ Партнершип израсходует часть средств на продвижение картины Чёрный мир 3D и съемки третьего Боя с тенью, компания Bazelevs порадует отечественных кинозрителей киноальманахом Новый год шагает по стране, а студия Федора Сергеевича Бондарчука применяет их для финансирования фильма о Сталинградской битве, производство которого обойдется в гроссмейстерские 25-30 миллионов долларов. Наряду с этим совсем никого не смущает тот факт, что лишь для самоокупаемости, картина с таким бюджетом обязана собрать в кинотеатрах более 60 миллионов долларов.

Имеется и второй метод получения субсидий из национальной казны. Придание своим проектам оттенка социальной значимости. Что именно прячется за этим определением, доподлинно неизвестно, но среди десятков картин претендующих на денежную помощь имеется, к примеру, фильм Святитель Алексий, в котором будет рассказываться о поездке митрополита в Золотую Орду и исцелении ханши Тайдулы. На данный, без сомнений, значимый для русских зрителей проект фонд называющиеся Кинотелекомпания культурная энциклопедия запрашивают у правительства 200 миллионов рублей, а целый бюджет проекта образовывает 355 миллионов, другими словами более 10 миллионов долларов. И все в том же духе.

Сия совокупность координат вовсе не предполагает появления кроме того на горизонте отечественного кинематографа Нилов Бломкэмпов, Оренов Пели и Гаретов Эдвардсов. Так как торчание на игле госфинансирования куда несложнее серьёзной оценки и поиска потенциала провинциальных кулибиных и куда удачнее долговременных капиталовложений и настоящий коммерческих рисков. Для кинематографа мировоззрение нефтяной трубы — это не жизнь. Это полужизнь. А будущее полужизни — умереть в эволюционной борьбе.


Интересные записи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: